«Код памяти»: персональная выставка Татьяны Нечеухиной открылась в Санкт-Петербурге

14 мая в  Музее современного искусства «Эрарта» открылась персональная выставка пермского художника, члена Союза художников России Татьяны Тимофеевны Нечеухиной.

Вернисаж в Эрарте собрал друзей, гостей из Перми и Екатеринбурга, Москвы и Новосибирска, и тех, кто впервые открыл для себя имя пермского художника.

В пространстве выставки царила та особенная атмосфера, которая возникает лишь на премьерах, – смесь сосредоточенного внимания и живого, почти семейного тепла. Татьяна Нечеухина принимала поздравления, отвечала на вопросы, охотно вступала в разговор со зрителями, для многих из которых эта выставка стала открытием. Разговоры у картин завязывались сами собой, перетекая от полотна к полотну.

Художника представил публике куратор музея Павел Маркайтис, выступивший автором концепции «Код памяти». Открывая выставку, он поделился с гостями своим прочтением экспозиции и тем особым ощущением, которое возникает у зрителя при встрече с живописью Татьяны Нечеухиной:

«В пространстве этих работ совершенно особым образом протекает время: здесь нет привычного деления на прошлое, настоящее и будущее, словно перед нами разворачивается то самое осознание вечности, о котором можно говорить разве что в богословских категориях. И за спиной у этой вечности целый космос: подушки, коврики, одеяла… В этот мир хочется погрузиться, и вдруг понимаешь: да ведь именно так, наверное, и выглядит вечность. Адам и Ева, вероятно, выглядят именно так».

Председатель Пермского отделения ВТОО «Союз художников России» Максим Владимирович Нурулин отметил значимость события для пермской школы живописи:

«Мы видели эти работы в Перми, но в Санкт-Петербурге они звучат совершенно по-другому. Здесь, в стенах Эрарты, в ином архитектурном ритме произведения Татьяны Нечеухиной созвучны петербургскому колориту».

Особую ценность экспозиции Максим Владимирович увидел в той творческой смелости, с которой художник говорит со зрителем. По его словам, Татьяна Нечеухина не боится быть искренней и уязвимой, она открывает свой внутренний мир честно и бескомпромиссно, делает это профессионально и художественно выверенно. «Такое сочетание душевной открытости и высокой живописной культуры даёт глубину прочтения мира художника, в котором есть место тишине, доверию, личному переживанию», ‒ сказал Максим Нурулин.

Петербургское прочтение

Для Татьяны Нечеухиной – одной из самых заметных фигур современной художественной жизни Перми открытие в музее современного искусства «Эрарта» стало своего рода дебютом в Санкт-Петербурге.

«Мне нравится, что меня пригласили, потому что это мой дебют в Северной столице», ‒ признаётся художник. По её словам, принципиальная особенность проекта в том, что концепцию, отбор произведений и само название выставки полностью разработала кураторская команда музея – без участия автора. Татьяна Тимофеевна не скрывает: поначалу такая позиция вызывала у неё внутреннее сопротивление, ведь художнику обычно свойственно выстраивать пространство собственной выставки самостоятельно. Однако итоговый результат вызвал согласие – то самое, с каким человек узнаёт себя в зеркале, поставленном под непривычным углом. 

Ссылаясь на беседу с искусствоведом, арт-критиком Марией Ягушевской, Татьяна Нечеухина формулирует суть проблемы: многие авторы оказываются заложниками собственных привязанностей, личных историй и внешних обстоятельств, неизбежно влияющих на то, как они выстраивают экспозицию. Взгляд стороннего куратора, напротив, освобождает работы от этого груза ‒ позволяет им зазвучать по-новому и складываться в неожиданные для самого автора смысловые ряды, которые дают возможность заново прочесть давно знакомый текст.  «В этом и заключается, быть может, главный парадокс художественного труда: произведение по-настоящему завершается не в мастерской, а в момент встречи со зрителем, и иногда, чтобы услышать собственный голос, художнику необходимо доверить его другому» – утверждают организаторы выставки.

О чём говорят работы: депрессивное искусство или сама жизнь?

Посетители по-разному считывают эмоциональный строй эксозиции. Кто-то находит её атмосферу драматичной, даже тяжёлой. Но для Татьяны Нечеухиной эта интонация принципиальна и далека от мрачности. Размышление о конечности жизни она считает не отрицанием жизни, а естественной её частью.

«Вся наша жизнь состоит в том, чтобы мы примирились, поняли, что мы конечны, что мы здесь временно, – говорит художник. ‒ Моя задача ‒ осознание смерти как естества жизни. Это естественный ход вещей. Мне хочется смотреть на это не как на негативное, а как на неизбежное и даже органичное, заложенное природой». В каждой картине художника ощущается личное отношение к самой сути бытия – к рождению и смерти, традиции и ритуалу.

Татьяна Нечеухина подчёркивает: «То, что многим кажется тяжёлым и мрачным, на самом деле является лишь честным разговором о естественном ходе вещей». По мнению художника, страх рождает иллюзию депрессивности там, где её нет. И сам вопрос о том, что считать депрессивным, оказывается куда сложнее, чем кажется на первый взгляд.

«Что считать депрессивным?» – размышляет художник. Она обращает внимание на парадокс: если следовать логике страха, то депрессивной придётся признать саму жизнь – ведь она неизбежно ведёт к смерти. Но художник предлагает взглянуть иначе: смерть, заложенная самой природой как естественное завершение, не может быть депрессивной по определению.

«Почему рождение не депрессивно, а смерть депрессивна?» ‒ задаётся вопросом автор. В произведениях Татьяны Нечеухиной отчётливо звучит то, что на протяжении двух тысячелетий составляет смысловое ядро христианской культуры и питает великую традицию русского и европейского искусства.

Не случайно куратор выставки Павел Маркайтис определил её ключевую интонацию как соединение библейских сюжетов с повседневностью: «Татьяна Нечеухина иронично фиксирует то, как вековой уклад меняют технологии и то, как они постепенно гуманизируются, становятся родными. Она обращается к пространству мифа и ритуала, перекодированному в образы русской, советской, российской провинциальной жизни».

В работах художника старухи и девочки, бабушки и младенцы, бытовые предметы и высохшие доски ‒ всё это становится носителями «кода памяти». Художник ищет в обыденном – вечное, в конкретной форме то, что её превосходит. Сомневаясь и оговариваясь ‒ «доказательств этому, конечно, нет, но как будто бы потенции к этому существуют», художник нащупывает, осторожно намечает ту границу, за которой бытовое становится бытийным, а человеческое лицо ‒ ликом.

В этом и состоит, быть может, главный смысл выставки: память о том, что жизнь больше своих сроков, а искусство – больше своего материала. Татьяна Нечеухина работает в классической манере, но стремится увидеть сквозь временное ‒ вечное. Именно здесь, по словам автора, и заканчивается территория депрессии. Именно из этой внутренней работы – из попытки примириться с конечностью и одновременно ощутить нечто большее за её пределами и рождаются образы выставки «Код памяти».

Ключевые работы выставки

Особое место в экспозиции занимает работа «Зачем жила», неожиданно ставшая для художника ключевой именно в петербургском прочтении. Татьяна Нечеухина связывает её с уроками своего учителя: «Да, работа важная. Она, как ни странно, на этой выставке оказалась ключевой, но в моём понимании, когда я её делала, она была случайной какой-то в моменте, когда была сделана. Мой учитель – Тимофей Егорович Коваленко, он мне говорил о том, что искусство ‒ это нешуточное дело. Я тогда не понимала, о чём он говорит, но слышала. И работы периода начала двухтысячных, когда написана «Зачем жила», идут в русле тех смыслов и интонаций, которые он в меня закладывал».

 Наставник, по словам художника, размышлял о тех принципах, которые позволяли выйти за пределы конкретного изображения к самому понятию, к сути: «Он говорил со мной, и я ему верила. Ему очень нравилась моя работа, она у меня до сих пор снята с холста и где-то там лежит. Она называется «Нищенка». Я нарисовала какую-то вот серую такую женщину. Но ему она очень нравилась почему-то. И для меня это было каким-то пунктом. То есть он обозначал мне, что необязательно рисовать конкретного человека, надо делать само понятие, более глубоко копать. Надо уметь осознавать всё это вне формы. Но пока мне нравится копаться в формах».

Очевидно, это и стало для Татьяны Нечеухиной той территорией, на которой постепенно сложился её собственный живописный язык, который ярко и в то же время камерно представлен сегодня в Музее современного искусства «Эрарта» в г. Санкт-Петербурге.

Подобные проекты делают зримой ту художественную жизнь, что кипит за пределами привычных арт-центров, и открывает по-настоящему сильных авторов широкой публике.

Об авторе

Татьяна Тимофеевна Нечеухина – художник, преподаватель и куратор. Родилась в Кургане. Окончила Тверское художественное училище имени А. Г. Венецианова и Уральский филиал Российской академии живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова в Перми. По окончании обучения вплоть до весны 2026 года заведовала кафедрой живописи в родном ВУЗе. Входит в правление Пермского отделения Союза художников России. Лауреат премии имени заслуженного художника И. С. Борисова, и дважды – премии Пермского края в сфере культуры и искусства. Её работы хранятся в собраниях Музея современного искусства Эрарта, Пермской государственной художественной галереи, Курганского и Березниковского художественных музеев, Краснокамской галереи имени И. И. Морозова, в частных собраниях в России и за рубежом. 

Елена Постнова, кандидат филолог. наук.

Даты и место проведения выставки:

15 мая 2026 – 12 июля 2026.

г. Санкт-Петербург, Васильевский остров, 29-я линия. Музея современного искусства Эрарта.